Российское законодательство по терроризму и экстремизму стало центральным инструментом репрессий против независимых СМИ и гражданского общества. По меньшей мере 60 журналистов находятся в «списке террористов и экстремистов», который ведёт финансовое агентство страны. Организация «Репортёры без границ» (RSF) осуждает тактику криминализации журналистики, приравнивая журналистов, СМИ и важные источники информации к террористам и экстремистам, а также подвергая каждого, кто с ними сотрудничает, уголовному преследованию.
В России расследование репрессий теперь рассматривается властями как акт терроризма. 5 июня НПО и СМИ ОВД-Инфо были внесены в официальный реестр «экстремистских» организаций, на следующий день после того, как её внесли в «список террористов и экстремистов», который ведёт Росфинмониторинг, российское финансовое агентство. В течение 15 лет OVD-Info документировала произвольные аресты и нарушения прав человека, предоставляла бесплатную юридическую помощь жертвам политических преследований и служила важным источником для журналистов.
Решение было принято на основе решения Верховного суда России от апреля 2026 года, который признал «Мемориал международного общественного движения» — сфабрикованный орган, юридически не существующий — как «экстремистскую» организацию. По данным властей, «Мемориал международного общественного движения» объединяет реальную правозащитную организацию «Мемориал», получившую Нобелевскую премию мира 2022 года, и несколько её партнёрских организаций, включая OVD-Info. Дело велось в строжайшей тайне. Не проводилось состязательных разбирательств, материалы дела были классифицированы как конфиденциальные, и решение так и не было обнародовано. Любой, кто сотрудничает с этими организациями — будь то юристы, журналисты, волонтёры, доноры или просто люди, распространяющие контент организаций в социальных сетях — теперь подвергается уголовному преследованию.
«Кремль больше не просто пытается заставить замолчать журналистов: он строит систему, призванную исключать всех, кто документирует репрессии, защищает права человека или предоставляет независимые новости из общественного пространства. Приравнивая журналистов, НПО и правозащитников к «террористам» или «экстремистам», Владимир Путин и его окружение пытаются запугать общественность, изолировать критические голоса его правительства и сделать невозможным освещение.
Руководитель отдела RSF по Восточной Европе и Центральной Азии
Независимая журналистика приравнивалась к терроризму
Случай OVD-Info является частью более широкой тенденции. В 2025 году в список террористов и экстремистов было включено как минимум 30 медиапрофессионалов», по сравнению с 18 в предыдущем году, согласно информации RSF. Тихон Дзядко, главный редактор независимого изгнанного телеканала Dojd (ТВ Дождь), — один из самых знаковых случаев. Прожив за границей несколько лет, он уже был признан «иностранным агентом», привлечен к ответственности за распространение предполагаемой «ложной информации» об армии и внесён в розысковый список в России, прежде чем в октябре 2025 года был добавлен в список «террористов».
«Послание для общественности просто: эти люди — террористы; не слушайте их, не читайте и не смотрите за ними», — сказал он RSF. Среди других недавно подвергшихся направлений журналистов — Кирилл Мартынов, главный редактор «Новая газета Европа», и Ксения Лученко, журналистка, освещающая Православную церковь.
Более того, в 2025 году почти четверть новых уголовных преследований против журналистов в России были основаны на экстремизме или терроризме, согласно данным российской правозащитной НПО «Центр защиты средств массовой информации» (MMDC). Например, журналистка норвежского интернет-издания The Barents Observer Олеся Кривцова была приговорена заочно 3 июля к пяти годам лишения свободы за «дискредитацию армии» и «оправдание терроризма».
Средство массовой криминализации
Изначально предназначенный для борьбы с насильственными организациями, список «террористов и экстремистов» стал инструментом политического контроля. Данные, собранные OVD-Info, показывают, что количество имён в реестре почти удвоилось с 2021 года. Сейчас здесь проживает почти 22 000 человек, и в 2025 году их было добавлено примерно в три раза больше, чем в 2021 году. Власти могут добавить кого-то в список на любом этапе процесса, иногда просто на основании подозрений. С 2025 года они также смогли коллективно признать целые организации «экстремистскими», что открывает путь к одновременной криминализации редакций, НПО и их партнёров, как это было с независимым региональным СМИ Komi Daily.
Каковы конкретные последствия?
Включение в список «террористов и экстремистов» имеет немедленные последствия, включая:
- Замороженные банковские счета и активы в России
- риск блокировки банковских счетов за рубежом, особенно в учреждениях, использующих международные базы данных, подаваемые российскими властями
- запрет на финансирование, поддержку или продвижение организаций из списка
- уголовное преследование, которое может привести к наказанию до 10 или 12 лет лишения свободы, в зависимости от обвинений
- запрет на использование или даже на размещение символов организации, признанной «экстремистской», с риском задержания и затем лишения свободы в случае повторного преступления
Помимо этих юридических и финансовых последствий, такие категории, как «террористы и экстремисты», направлены на навсегда дискредитацию журналистов и независимых СМИ, приравнивая их к врагам государства.
Многоуровневый подход к репрессиям
Растущее использование таких ярлыков является частью более широкого репрессивного законодательного арсенала, в котором различные правовые статусы укрепляют друг друга.
- Иностранный агент. Созданный в 2012 году, этот статус накладывает серьёзные административные обязанности и требует от публикаций систематически размещать ярлык «иностранный агент» на своём содержании. Он в основном используется для стигматизации голосов, критикующих Кремль, и препятствования их освещению. В настоящее время почти 500 журналистов и СМИ отмечены как «иностранные агенты», включая Галину Тимченко, главного редактора «Медузы».
- Нежеланная организация. Этот статус запрещает всю деятельность организации в России и подвергает уголовное преследование любого, кто сотрудничает с ней или финансирует её. В августе 2025 года Министерство юстиции России включило RSF в список «нежелательных организаций».
- Экстремист. Это обозначение криминализирует участие, поддержку или финансирование организации. Это может привести к тюремным срокам, замораживанию активов и запрету любой деятельности, связанной с соответствующей организацией.
- Террорист. Финансовые последствия более непосредственны, чем под ярлыком «экстремистские», поскольку счета и активы автоматически замораживаются, а это определение носит особенно сильную стигму. На практике границы между терроризмом и экстремизмом становятся всё более размытыми и теперь составляют самые высокие уровни репрессивного арсенала России.
Стратегия, выходящая за пределы России
Инструментализация концепции «экстремизма» выходит за пределы России и стала популярным инструментом авторитарных режимов региона для криминализации независимой журналистики.
В Беларуси, где с 2020 года систематизировано злоупотребление ярлыком «экстремистского», RSF зарегистрировала более 60 СМИ, отмеченных как «экстремистские». Журналист Кирилл Пазняк был приговорён 26 июня к трём с половиной годам лишения свободы после того, как его канал на YouTube был классифицирован как «экстремистский». Его дочь также была осуждена за создание аккаунта этого медиа в TikTok. Этот случай иллюстрирует, как режим распространяет репрессии за пределы целенаправленных журналистов, наказывая их родственников и криминализируя деятельность, связанную с независимыми СМИ.
Та же логика действует и в Кыргызстане, где Kloop и Temirov Live стали первыми независимыми СМИ, признанными «экстремистскими», что демонстрирует всё более выраженную региональную тенденцию злоупотребления антитеррористическим и антиэкстремистским законодательством для подавления независимых голосов.
Источник: Главная страница | RSF